последняя любовь в боготе

Июн 18 2016 Опубликовал в самое-самое

книга, которую давно надо было прочитать, и книга, которую можно было бы и не читать, иначе говоря – произведение довольно разноплановое. если добавить сюда этапажное название и определенное количество «натурализма» в тексте, то можно получить примерное представление об этой повести.
а чего вы ожидали от книги с таким спойлерным названием? никакого обмана нетути – обещали про шлюшек, вот они, пожалуйста. правда их тут не так много, как может сперва показаться, более обширная статистика относится к далекому прошлому – «к пятидесяти годам я записал пятьсот четырнадцать женщин, с которыми был хотя бы один раз». в настоящем же герою уже девяносто лет и он возжелал ночь любви с девственницей – тут нет никакого спойлера, об этом сообщается в первом же предложении книги. и сразу становится понятно, чего ждать от этой повести.
РИСУНОК
некоторые книги изданы так замечательно, что было бы непростительно не упомянуть об этом:) плотная бумага страниц и широкие поля, выверенные по правилам типографики, значительно увеличивают удовольствие от чтения, вот только колонтитулы сверху и снизу кажутся лишними (для эксперимента, на рисунке я убрал их с левой страницы разворота).
на названии хочется остановиться особо, фиг с ним, с эпатажем, раз автор так решил, однако в предисловии переводчик книги л. синянская рассуждает о том, что она перевела бы название как «вспоминая моих несчастных блядушек». хм…. у меня только один вопрос – а что мешало ей это сделать? хотя, если читать между строк, то скорее всего это требования издательства* да и в самой книге, когда герою приходит в голову название, оно приводится не полностью, без последнего слова:)) аналогично оно выведено на колонтитуле (см. рисунок), сопровождающем каждый разворот. в общем, все постарались на славу, чтобы шлюшек-блядушек тут было поменьше:)))
наверное, поговорка «седина в бороду – бес в ребро» очень хорошо подошла бы в данном случае, причем подошла бы не по отношению к главному герою (нам то что до того, кого он имеет или не имеет), а к самому автору. я отмечал уже интересную тенденцию, когда писатели, отличающиеся предельно интеллектуальным подходом к тексту (умберто эко, милорад павич), с возрастом переходят к натуралистическим описаниям, необходимость которых довольно сомнительна.
может быть просто возникает неукротимое желание, хотя-бы под конец жизни написать «про это»? может быть кому-то мало славы автора «маятника фуко», «хазарского словаря» или, в нашем случае – «ста лет одиночества»?

аллюзии и примечания:
последняя любовь в боготе – реверанс в сторону «последней любви в константинополе» милорада павича. богота = столица клумбии, в повести город прямо не указан, но ряд топонимов (проспект колумба, река магдалена, парк сан-николас и др.) позволяют установить место.
скорее всего, это требования издательства – еще бы они, такие праведные, книгу в целоффан упаковали и «18+» написали:)

Нет ответов пока

Вы должны ввойти чтобы оставить комментарий.